izenberg (l_lednik) wrote,
izenberg
l_lednik

Categories:

К. Паустовский. Отрывок из "Повести о жизни"

Власть украинской Директории и Петлюры выглядела провинциально. Некогда блестящий Киев превратился в увеличенную Шполу или Миргород с их казенными присутствиями и заседавшими в них Довгочхунами. Все в городе было устроено под старосветскую Украину, вплоть до ларька с пряниками под вывеской «О це Тарас с Полтавщины». Длинноусый Тарас был так важен и на нем топорщилась и пылала яркой вышивкой такая бело­снежная рубаха, что не каждый отваживался покупать у этого оперного персонажа жамки и мед.

Было непонятно, происходит ли нечто серьезное или разыгрывается пьеса с действующими лицами из «Гайда­маков».

дурак на майданеhttp://sinitza.gallery.ru - отсюда
Сообразить, что происходит, не
было возможности. Время было судорожное, порывистое, перевороты шли наплывами. В первые же дни появления каждой новой власти возникали ясные и грозные признаки ее скорого и жалкого падения.
Каждая власть спешила объявить побольше деклараций и декретов, надеясь, что хоть что-нибудь из этих деклараций просочится в жизнь и в ней застрянет.

клоун с булавой
От правления Петлюры, равно как и от правления гет­мана, осталось ощущение полной неуверенности в завтраш­нем дне и неясности мысли.

Петлюра больше всего надеялся на французов, зани­мавших в то время Одессу. С севера неумолимо нависали советские войска.

Петлюровцы распускали слухи, будто французы уже идут на выручку Киеву, будто они уже в Виннице, в Фастове и завтра могут появиться даже в Боярке под самым городом бравые французские зуавы в красных штанах и защитных фесках. В этом клялся Петлюре его закадычный друг французский консул Энно.


Газеты, ошалевшие от противоречивых слухов, охотно печатали всю эту чепуху, тогда как почти всем было из­вестно, что французы сиднем сидят в Одессе, в своей фран­цузской оккупационной зоне, и что «зоны влияний» в горо­де (французская, греческая и украинская) просто отгоро­жены друг от друга расшатанными венскими стульями. Слухи при Петлюре приобрели характер стихийного, почти космического явления, похожего на моровое повет­рие. Это был повальный гипноз.

Слухи эти потеряли свое прямое назначение — сооб­щать вымышленные факты. Слухи приобрели новую сущ­ность, как бы иную субстанцию. Они превратились в средст­во самоуспокоения, в сильнейшее наркотическое лекарст­во. Люди обретали надежду на будущее только в слухах. Даже внешне киевляне стали похожи на морфинистов.

При каждом новом слухе у них загорались до тех пор мутные глаза, исчезала обычная вялость, речь из косноязычной превращалась в оживленную и даже остроумную. Были слухи мимолетные и слухи долго действующие.

Они держали людей в обманчивом возбуждении по два-три дня.

Даже самые матерые скептики верили всему, вплоть до того, что Украина будет объявлена одним из департа­ментов Франции и для торжественного провозглашения этого государственного акта в Киев едет сам президент Пуанкаре, или что киноактриса Вера Холодная собрала свою армию и, как Жанна д'Арк, вошла на белом коне во главе своего бесшабашного войска в город Прилуки, где и объявила себя украинской императрицей.


Одно время я записывал все эти слухи, но потом бро­сил. От этого занятия или смертельно разбаливалась голо­ва, или наступало тихое бешенство. Тогда хотелось уничто­жить всех, начиная с Пуанкаре и президента Вильсона и кончая Махно и знаменитым атаманом Зеленым, державшим свою резиденцию в селе Триполье около Киева.

Tags: Ще не вмерла?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments